ЛитМир - Электронная Библиотека

На мгновение Квентл дрогнула — не испугалась, но немного растерялась. Она могла предположить существование такого безобразного шума, но никак не ожидала когда-нибудь услышать его, а кроме трго, никто из окружающих такого шума произвести не мог.

Жрицы Мензоберранзана нередко пользовались «услугами» обитателей Абисса. Некоторые из тамошних существ являлись служителями Ллос, и во время отправления обрядов им оказывали надлежащие почести, но в прочих случаях жрицы без зазрения совести порабощали демонов и вынуждали их исполнять свои приказания. Иногда их рабы вырывались из-под контроля и перешагивали материальный уровень и тогда уж расправлялись с любым попавшимся на их пути, не исключая и вызвавших их жриц или магов.

Основатели Академии наложили на Брешскую крепость и в особенности на Арак-Тинилит заклинания, специально разработанные для того, чтобы не впускать «неблагонадежных» духов. Неисчислимы поколения жриц, считавших такую охрану непреодолимой, но если эта оглушительная тревога не была ложной, значит, барьеры рушились один за другим.

Кажется, трубные звуки доносились с юга. Забыв о провинившихся, Квентл устремилась в том направлении. Она неслась мимо бессчетного количества залов, алтарей и изображений Ллос то в облике темного эльфа, то в образе паука; мимо классных комнат, в которых обучали догмам и обрядам, жреческой магии, искусству пыток, жертвоприношений и всем прочим умениям, необходимым женщинам Мензоберранзана. Книги, классные доски и скулящие рабы-жертвы, которых уже начали препарировать, все было оставлено. Некоторые из наставниц и студенток уже готовы были набраться смелости, чтобы покинуть классы и узнать, по какому поводу тревога, в то время как другие пребывали в замешательстве.

Вдруг неприятные звуки смолкли: то ли демон прекратил свои попытки прорваться внутрь, то ли разрушал последнюю защиту.

— Ты знаешь, кто это прорывается? — уже задыхаясь, спросила она.

— Нет, — прошипела Ингот, возможно, самая мудрая из гадюк ее хлыста. — Незваный гость защитил себя от видения.

— Замечательно!

Эхо, разносившее вопли, привело Квентл в просторный зал, украшенный множеством паучьих скульптур из черного мрамора. Разбитые створки несокрушимых двойных дверей в южной стене Арак-Тинилита изумленно распахнулись, открывая вид на город. Несколько раненых жриц валялись на полу без чувств. В первый момент Квентл не поняла, что могло вызвать такой беспорядок, но тут в поле ее зрения возник виновник безобразия, торопливо перебирающий множеством ног.

Злоумышленник оказался гигантским пауком, имеющим определенное сходство с черными идолами вокруг, во всяком случае, на первый взгляд. Квентл нахмурилась, испытав приступ острого сомнения. С одной стороны, демон напал на ее учениц и даже на наставниц, но с другой — он был все-таки пауком, священным созданием Ллос. Возможно даже, что он был эмиссаром богини, посланным для исполнения ее воли. Может быть, следует просто уступить ему дорогу и позволить буйствовать дальше?

Тварь каким-то образом почувствовала присутствие Квентл, развернулась и бросилась к ней. Словно именно ее искала все это время.

Редкого паука можно назвать симпатичным, но этот, на взгляд Квентл, по исключительному уродству превосходил все мыслимое. Головы за жвалами фактически не было, вместо нее шевелилась масса выпученных ищущих глаз, лишь кое-где в просветах между ними мелькали выпуклости черного блестящего тела.

Однако не внешность, а явно враждебные намерения монстра в один момент разрешили все сомнения Квентл. Она должна убить эту странную, причудливую тварь.

Вопрос только как. Она не чувствовала себя слабой, — у нее не было слабостей, и она никогда их себе не позволила бы, — но сейчас было не самое удачное время, чтобы ввязываться в такое сражение. На ней не было даже пивафви, не говоря уж о полноценной броне. В стенах Арак-Тинилита она ничего не опасалась, главным образом потому, что ее воспитанницы испытывали настолько безмерный страх перед ней, что вряд ли посягнули бы на ее жизнь, и Квентл всегда была уверена, что кольчуга ей ни к чему.

Пока она отступала от паука, ее изящные обсидиановые руки успели развязать мешочек, висевший на поясе, достать пергаментный свиток и развернуть его — все с привычной легкостью и легкой досадой, поскольку магический свиток был весьма ценной вещью, а она вынуждена его истратить. Но сейчас это явно необходимо.

Быстро, но отчетливо и в строгом ритме, она прочла стихи; золотистое сияние магического свитка угасало по мере того, как она произносила слова. Темное, не обжигающее пламя стекло с пергамента на пол и помчалось по полированной поверхности к демону быстрее, чем распространяется лесной пожар.

Черный огонь охватил тонкие суставчатые лапы чудовища. Казалось, огонь должен был заставить многоглазого монстра отступить, но этого не произошло. Паук продолжал проворно перебирать пылающими лапками, вперив взор множества глаз в дроу.

— Он защищен от магии! — вскричала К'Сотра, самая, наверное, сообразительная и злобная из гадюк хлыста.

У Квентл не было времени на еще одно заклинание — паук вот-вот доберется до нее. Бежать было тоже поздно. Необходимо добиться преимущества какой-нибудь хитростью. Отбросив ставший бесполезным лист пергамента, Квентл повернулась и нырнула под брюхо одной из статуй. Если только этот паук не обладает магической способностью уменьшаться или менять облик, то вряд ли сумеет достать ее.

Квентл поползла по полу, в спешке обдирая локти. Одна из гадюк грязно выругалась, когда ее чешуйчатая, клиновидная голова шлепнулась о камень. Квентл перевернулась на спину и увидела, что выиграла всего лишь мгновение. Нет, пролезть под статую демон не мог, но, яростно сверкая фасеточными глазами, он быстро карабкался на статую. Когда же взобрался наверх, то оказался так близко, что Квентл обдало омерзительным запахом мертвечины.

Жрица знала, что, если сейчас паук решит атаковать сверху, ей не вырваться из его жутких жвал. Она выкатилась из-под статуи, вскочила на ноги и выхватила хлыст.

Змеи зашипели и потянулись к незваному грубияну, готовясь вступить в бой. Ядоносные клыки глубоко погрузились в тело паука, оставляя глубокие раны и вырывая огромные куски вонючей плоти. Из ран изверглась черная жидкость с резким запахом, а пресмыкающиеся гады заметались от радости.

Квентл чувствовала их ликование через элементарную псионическую связь, которая соединяла ее со змеями, и знала, что это преждевременная радость. Такие удары лишь ненадолго задержат его. Кстати, он все еще собирается прыгнуть.

Пусть у нее и не было кольчуги, но, к счастью, Квентл не расставалась с ожерельем из черных жемчужин. Она расстегнула его, сдернула одну жемчужину с золотой цепочки и швырнула ее в паука.

Белый свет вспыхнул в разгромленном холле. Благодарение Ллос, на этот раз магия подействовала: паук шлепнулся на пол и забарахтался. Его яростные движения заставили черную кровь еще быстрее вытекать из ран. К несчастью, паук, кажется, был способен не обращать внимания на боль, которую эти раны ему причиняли, и продолжал бешено выцарапываться из удерживающей его световой сферы. Бело-голубые искры вспыхивали на шипах его лап, и Квентл знала, что вся жестокая сила этого монстра сейчас пущена в ход для того, чтобы вырваться на свободу.

Говори со мной, — приказала Квентл, уверенная, что эти слова достигнут разума паука. Жрица чувствовала связь, очень слабую, возможно приглушенную властью оболочки.

Сфера померкла и пропала, когда Квентл снова взмахнула хлыстом: она хотела пробиться в разум существа, который, наверное, все же скрывался за отталкивающим внешним обликом.

Паук отскочил в сторону, словно подброшенный пружиной, сделав высокую дугу и приземлившись в дальнем конце холла позади ряда скульптур. Демон юркнул в тень, и хотя Квентл напряженно наблюдала за его передвижениями, в следующую секунду она потеряла его из виду.

Где ты? — мысленно спросила она.

6
{"b":"2408","o":1}